Nice-books.ru
» » » » Джидду Кришнамурти - Начало Познания

Джидду Кришнамурти - Начало Познания

Тут можно читать бесплатно Джидду Кришнамурти - Начало Познания. Жанр: Религия издательство неизвестно, год 2004. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Nice-Books.Ru (NiceBooks) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Название:
Начало Познания
Издательство:
неизвестно
ISBN:
нет данных
Год:
неизвестен
Дата добавления:
6 август 2019
Количество просмотров:
10
Читать онлайн
Джидду Кришнамурти - Начало Познания
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Джидду Кришнамурти - Начало Познания краткое содержание

Джидду Кришнамурти - Начало Познания - описание и краткое содержание, автор Джидду Кришнамурти, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Nice-Books.Ru

Начало Познания читать онлайн бесплатно

Начало Познания - читать книгу онлайн бесплатно, автор Джидду Кришнамурти
Перейти на страницу:

С. : Необходимо вернуться к самому началу и посмотреть, что было не так.

КРИШНАМУРТИ: Нужно ли делать все это?
С. : Требуется время.
КРИШНАМУРТИ: Нет, требуется немного больше, чем все это, так что же?
С. : Внимание, уважение, правильные взаимоотношения.
КРИШНАМУРТИ: А это говорит о чем? Продолжайте, продвигайтесь дальше.
С. (1): Это требует терпения и внимания, чувства страстного желания.
С. (2): Я бы сказал любовь.
КРИШНАМУРТИ: Питер говорит, что необходима любовь, вы понимаете? Если у меня есть любовь, я говорю: «Давайте посмотрим на непонимание и постараемся увидеть, нельзя ли через него переступить». Но если я просто рассматриваю его при помощи интеллекта и затрачиваю на это время, меня еще кто-нибудь обидит. Поэтому любовь является основой, при наличии которой человек может избавиться от непонимания. Я прав?
С. : Я думаю, что если бы у вас не было образа о себе, вас нельзя было бы обидеть.
КРИШНАМУРТИ: Да, но у меня есть образ и у него есть образ. Ваши слова меня обижают; как мне от этого избавиться? Могу ли я сказать: «Послушайте, я неправильно вас понял, простите меня, давайте еще раз поговорим об этом»?! Это требует определенной любви, не так ли? Есть у вас эта любовь? Поймите очень ясно: любовь отличается от сентиментальности.
С. : Что значит слово «сентиментальность»?
КРИШНАМУРТИ: Чувство.
С. : Но это неправильное чувство.
КРИШНАМУРТИ: Теперь определите различие между любовью и сентиментальностью. Вы сказали, что это чувство, повышенная эмоциональность. «Я чувствую, что мне следует сделать это; я чувствую, что я великий человек; я чувствую гнев» – вот что мы называем сентиментальностью. «Я люблю детей»: в этой фразе также содержится значительная доля сентиментальности, потому что я не хочу сделать ничего такого, что может причинить им боль. Сентиментальность предполагает наличие эмоций. Так что же такое любовь и что такое сентиментальность?
С. : В сентиментальности присутствует определенный элемент самообмана.
КРИШНАМУРТИ: Да, это так. Сентиментальность может стать жесткой: она способна быть эффективной, но жестокой.
С. : Часто можно видеть, что сентиментальный человек в своем ином настроении может быть жестоким. Например, нацисты относились сентиментально к музыке и изобразительному искусству.
КРИШНАМУРТИ: Верно. Но во всех нас тоже есть это чувство, поэтому давайте не будем приписывать его определенным типам людей. Другими словами, мы можем быть сентиментальными, впадать в некое восторженное небытие относительно музыки, живописи, мы можем говорить: «Я люблю природу», и в следующую минуту бьем кого-нибудь по голове за то, что он нам мешает. Поэтому сентиментальность – это одно, а любовь – это совсем другое. Если я испытываю любовь к вам, я буду стараться обсудить с вами эти вещи. Я говорю: «Не надо грубить, успокойтесь, сядьте, я неправильно вас понял. Я хочу обсудить это с вами, потому что испытываю к вам любовь». Это не сентиментальность по отношению к вам, а именно любовь. Я не знаю, видите ли вы эту p`gmhvs. Что вы скажете?
С. : Я думаю, молодые люди часто чувствуют, что сентиментальность – это удел слабаков.
КРИШНАМУРТИ: Я согласен.
С. : Ибо если вы сентиментально настроены по отношению к чему-либо, ваше чувство становится механическим и реакция наступает автоматически.
КРИШНАМУРТИ: Видите ли, идеализм – это сентиментальность и, следовательно, порождает лицемерие. Я не знаю, понимаете ли вы это.
С. : Да, потому что сентиментальность обладает различными настроениями.
КРИШНАМУРТИ: Вы правы, все это присутствует в сентиментальности. Поняв это, обладаем ли мы любовью, которая достаточна, чтобы в случае непонимания мы могли обсудить его и преодолеть, не откладывая на потом?
С. : Может быть, слово «сентиментальность» нуждается в определении. Я хочу сказать, что, по-видимому, она несет в себе гораздо больший смысл. Это «подержанная» эмоция.
КРИШНАМУРТИ: Уродливая вещь.
С. : Здесь много напускного.
КРИШНАМУРТИ: Да, совершенно верно, подобно маске, которую вы надеваете.
С. : Кажется, что в повседневной жизни это очень трудно заметить. Давайте рассмотрим на примере: я вижу красивое дерево. Что представляет собой это чувство?
КРИШНАМУРТИ: Это сентиментальность? Я смотрю на это дерево и говорю: «Какое прекрасное дерево, какая красота!» – является ли это сентиментальностью?
С. : Сэр, произнося эти слова, вы разговариваете с собой?
КРИШНАМУРТИ: Да, я говорю: «Какая красота!» самому себе. Вы можете оказаться рядом, и тогда я бы сказал: «Посмотрите, какое прекрасное дерево!» Является ли это сентиментальностью?
С. : Это факт. Но когда вы видите дерево и думаете, что вам следует ощутить его красоту, вот это и есть сентиментальность.
КРИШНАМУРТИ: Да, именно так. Вы поняли? Вы впитали это?
С. : Да. Сентиментальность – это когда вы думаете, что вам следует…
КРИШНАМУРТИ: Верно, поэтому, когда я к чему-нибудь отношусь сентиментально, я надеваю на себя ложную личину: мне «следует» ощутить, что это красивое дерево.
С. : Это поведенческий акт.
КРИШНАМУРТИ: Да, поведенческий акт. Я рад, что мы затрагиваем это.
С. : Да, но если продолжить вашу историю с деревом, вы будете заботиться о нем и привяжетесь к нему. Появляется ли в этом случае qemrhlemr`k|mnqr|?
КРИШНАМУРТИ: Да. Когда вы привязываетесь к чему-либо, сентиментальность подкрадывается к вам. Поэтому поглотите ее, это пища, которую вы пережевываете, и вам придется ее переварить. Вы спрашиваете: там, где существует любовь, может ли существовать привязанность?
С. : Нет. Но иногда мы перепрыгивает к другому, не сознавая это.
КРИШНАМУРТИ: Конечно.
С. : Кажется, здесь не существует определенной границы.
КРИШНАМУРТИ: И поэтому необходимо продвигаться очень медленно. Мы пытаемся найти различие между любовью и сентиментальностью. Мы видим, что такое сентиментальность. Большинство из нас в молодости сентиментальности не ощущают, но становясь старше, мы начинаем надевать на себя множество ненужных масок и говорить: «Мы должны ощутить красоту этого дерева» или «Я должен полюбить эту поэму, потому что ее написал Китс или Шелли». Любовь – это нечто совершенно иное. Сентиментальность – это притворство, лицемерие. Так что же такое любовь?
С. : Буквально это означает двигаться по направлению к кому-либо.
КРИШНАМУРТИ: Да, это так, не правда ли?
С. : Это значит находиться под влиянием чего-либо.
КРИШНАМУРТИ: Прежде всего, послушайте, что сказал мистер Симмонс. Мы ведь должны слушать друг друга. Он сказал: «Двигаться к кому-либо». Что это означает?
С. : Вы начинаете сочувствовать,
КРИШНАМУРТИ: Осторожно, не надо употреблять слово, связанное с «чувствовать». Я двигаюсь по направлению к вам, вы можете оставаться на месте, но я то двигаюсь, делаю жест в вашу сторону. Я протягиваю вам руку, вы, может быть, этого не хотите, но я ее протягиваю. Любовь – «движение к чему-то»: к дереву, к птице, к озеру или к человеку, вы протягиваете руку, ладонь, делаете какой-то жест, улыбаетесь; все это и есть любовь, не правда ли? Если я протягиваю вам руку, несмотря на то, что неправильно вас понял, вы сразу же говорите: «Хорошо, я постараюсь забыть об этом». Без движения в вашу сторону от непонимания нельзя избавиться.
С. : Но некоторые люди могут протянуть руку просто механически.
КРИШНАМУРТИ: Это сентиментальность, это лицемерие.
С. : И если вы находитесь под чьим-то влиянием, это может быть одной из форм развития по тому же принципу.
КРИШНАМУРТИ: Правильно.
С. : Скоро нам придется покинуть Броквуд, и мы встретимся с сентиментальными людьми: с нашей матерью или еще с каким-нибудь таким же человеком. На ее чувства нельзя не ответить.
КРИШНАМУРТИ: Я знаю. Видите ли, в этом случае любовь – это не чувство или сентиментальность. Любовь – это что-то очень жесткое, если я могу употребить это слово. Вы понимаете, что оно означает? Жесткое не в смысле «жестокое», в ней нет лицемерия, нет сентиментальности, любовь снаружи не приукрашена.
С. : Вы имеете в виду нечто более реальное.
КРИШНАМУРТИ: Если хотите, то так. Итак, мы выяснили, что имеем в виду, говоря «любовь» и «сентиментальность». Как нам создать здесь такую среду, такую атмосферу, такую почву, в которой выросло бы ощущение свободы от давления, а значит независимости, чтобы вы сами выработали в себе это поразительное чувство жизни, энергии, страсти – называйте это как хотите. Как нам добиться этого? Ответственность за это лежит на вас. Теперь вы понимаете значение этого слова? Что вы будете делать, чтобы создать эту атмосферу? – ведь за это отвечает каждый из нас. Не мистер или миссис Симонс, не некие Х, Y, Z, а именно вы.
С. : Любовь, конечно же, невозможно культивировать?
КРИШНАМУРТИ: Что же тогда вы будете делать? Мы сказали, что любовь очень нужна, но вопрос в том, как создать атмосферу, в которой она сможет функционировать.
С. : Если мы сможем проследить те моменты, когда в нас время от времени появляется эта любовь, тогда мы сможем увидеть ситуацию, которая способствует ее возникновению.
КРИШНАМУРТИ: Вы не отвечаете на вопрос. Здесь, в Броквуде, мы несем ответственность за создание атмосферы, в которой существовала бы свобода, а значит независимость. При наличии этой свободы, этой энергии мы сможем цвести в доброте. Как нам добиться этого?
С. : Может быть, мы могли бы согласиться с мнением Тангки, потому что, я думаю, некоторые из нас почувствовали то же самое. Он сказал, что в прошлом у нас были моменты любви и если бы мы могли проанализировать их, то, возможно, поняли бы, что привело к их возникновению. Если это ложный путь, то наверное мы можем покончить с ним. Мы знаем, что ощущали любовь, это действительно происходило.
КРИШНАМУРТИ: Но почему она исчезла? Может ли такое случиться с любовью? Или это была сентиментальность и потому она ушла? Вы говорите: «Иногда, может быть даже часто, у меня возникает это чувство великой любви, но оно каким-то образом исчезает и время от времени возвращается». Может ли исчезнуть любовь, или на это способна лишь сентиментальность?
С. : Мы чувствуем любовь, и в попытках удержать ее и сохранить навсегда мы становимся сентиментальны, потому что пытаемся определить ее признаки и воздействие, действуя при этом, как нам диктует память.
КРИШНАМУРТИ: Или это может быть сентиментальность, которую мы называем любовью.
С. : Да, ведь если это настоящая любовь, я не понимаю, как она может исчезнуть.
КРИШНАМУРТИ: Согласен.
С. : Может быть, она оказывается преданной забвению, но она не исчезает. Непонимание может похоронить любовь, но она способна вновь воскреснуть.
КРИШНАМУРТИ: Вы думаете? Если это истинная любовь, можете ли вы ее похоронить? Нет. Большинство из нас не обладает этим великим чувством любви. Как же нам вызвать его? Не говорите «развить его», потому что для этого требуется время.
С. : Разве это не является частью понимания необходимости? Во время первых бесед вы старались показать нам необходимость этой школы.
КРИШНАМУРТИ: Послушайте, любовь нельзя развить, ведь верно? Когда вы говорите: «Я люблю тебя», это чувство должно возникнуть естественно, его нельзя пробудить насильно, нельзя стимулировать. Нельзя говорить: «Я должен любить тебя, потому что это необходимо». Как у вас возникает эта любовь? Можете ли вы затратить на это время? Исследуйте. Может быть, к этому нужно прийти окольными путями – вы понимаете, что я имею в виду?
С. : Может быть, необходимо понять, что не дает человеку любить.
КРИШНАМУРТИ: Но сначала нужно полюбить, и тогда только вы сможете понять, что этому мешает гнев, ревность, непонимание – может ли все это остановить любовь?
С. : Да.
КРИШНАМУРТИ: Вы думаете? Вы говорите что-то жестокое – разве это разрушит мою любовь? Я обижен, но будет ли при этом уничтожено то истинное, та красота любви? Может быть, мы сможем подойти к этому с другой стороны. Следует ли нам исследовать эту возможность? Я полон сентиментальности, повышенной эмоциональности, идеализма, фраз типа «Это следует сделать», «Это нужно сделать», «Я постараюсь». Все это сентиментальность. Мы сказали, что любовь – это очень жесткая реальность, это факт, его нельзя исказить или уничтожить. Если у меня нет любви, я хочу понять, как ее найти. Я не могу ее развивать, питать благими поступками, говорить: «Я должен пойти и помочь тебе, потому что ты болен», – это не любовь. Должен существовать способ сделать что-то такое, что породит ее. Мы найдем этот способ? Мы выясним это. А что вы думаете?
С. : Если я никогда не испытывал этого, как я могу определить, что это любовь?
КРИШНАМУРТИ: Я собираюсь это понять. Я не знаю. У меня нет любви. Она может приходить ко мне время от времени, когда я нахожусь в полусне, но в действительности, когда я живу, борюсь, у меня ее нет. Как сделать так, чтобы это семя взошло во мне?
С. : Необходимо избавиться от тех представлений, которые вы имеете о людях.
КРИШНАМУРТИ: Это действительно так, но я хочу подойти гораздо ближе.
С. : К тому же существует множество вещей, которые этому мешают. Может быть, мы сможем взглянуть на них?
КРИШНАМУРТИ: Так, продолжайте. Но поможет ли это?
С. : Я не смогу ничего сделать, пока не посмотрю на то, что мне мешает.
КРИШНАМУРТИ: Представьте себе, что я разгневан, легко поддаюсь раздражению и меня неправильно понимают. И вот я говорю: «Я хочу избавиться от этого». Появится ли при этом любовь? Я знаю немало людей, так называемых монахов, хороших социальных работников и так далее, которые развивали в себе способность не поддаваться гневу. Но настоящая страсть ушла, у них ее никогда не было, хотя они добрые, благородные люди, они помогут вам, отдадут вам свои деньги, одежду, дадут приют, но во всем этом нет ничего истинного. Я хочу понять, как сделать так, чтобы это зацвело в нас; если любовь расцвела, ее нельзя уничтожить.
Вы сказали: «Увидеть вещи, которые этому мешают». Это означает, что вы умышленно развиваете любовь. Когда вы говорите: «Я посмотрю, что сдерживает меня», это умышленное действие, направленное на получение любви. Я не знаю, понимаете ли вы это.
С. : Да.
КРИШНАМУРТИ: Следовательно, вы пытаетесь развивать любовь, не правда ли? Только делаете это незаметно.
С. (1): Вы сказали, что мы должны постараться создать условия для возникновения любви, для этого чувства ответственности.
С. (2): Если мы постараемся установить определенные взаимоотношения или атмосферу, как бы мы это ни называли, атмосферу, в которой это может процветать, может быть, это и есть то, что вы имеете в виду?
КРИШНАМУРТИ: Я стараюсь обратить ваше внимание на то, что любовь нельзя культивировать.
С. : Но нельзя ли создать правильное «нечто»?
КРИШНАМУРТИ: Именно это я и пытаюсь понять. Давайте оставим любовь в покое, поскольку ее нельзя вырастить. Интересно, понимаете ли вы это? Можно выращивать хризантемы или что-то еще, но любовь вырастить нельзя будь то хитростью, невольно или умышленно, вы все равно этого не добьетесь. Так что же нам остается делать?
С. : Мне кажется, что существует нечто, что мы не можем сделать, но в состоянии осознать. Когда вы смотрите на кого-то или на что-то и осознаете, что там нет любви, вам не требуется время.
КРИШНАМУРТИ: Мы можем это сделать. Что происходит, когда вы говорите: «Да, глядя на вас, я вижу, что на самом деле не испытываю к вам любви». Что при этом случается?
С. : Мы оказываемся перед фактом. Что-то происходит.
КРИШНАМУРТИ: Вы думаете? Послушайте: бессознательно, на глубоком уровне продолжает существовать идея, что любовь должна быть. Чтобы ею завладеть, я совершаю самые разные поступки. Но завладеть ею нельзя. Все вы прилагаете методы ее захвата.
С. : Я не предлагаю метод, я только говорил: признайте, что ее у вас нет.
КРИШНАМУРТИ: Согласен, у меня ее нет, я прекрасно это знаю. Во мне нет страсти.
С. : Понять, что ее нет, достаточно трудно. Мы продолжаем притворяться.
КРИШНАМУРТИ: Я предпочитаю видеть вещи такими, каковы они есть, и ставить себя перед фактом. Лично я не имею в себе какой бы то ни было сентиментальности, я отказываюсь от всего этого. И вот я говорю: «У меня этого нет». И мне также известно, что это нельзя вырастить тайными, окольными методами. Тем не менее, я лишь смутно вижу красоту этого. Так что же мне делать? Может быть, мы оставим эту тему на время и вернемся к ней немного позже?
КРИШНАМУРТИ: Послушайте, что я хочу сказать. Чувствуете ли вы себя здесь как дома? Вы знаете, что такое дом?
С. : Это такое место, где вы всегда получите поддержку и помощь. Дома weknbejs уютно, он не чувствует себя неловко. В своем доме человек передвигается свободнее, чем в чужом.
КРИШНАМУРТИ: В доме вы не чужой, верно?
С. (1): В этом случае человек имеет много домов, потому что у него может быть много друзей и братьев. Я могу чувствовать себя уютно во многих местах.
С. : У вас может быть собственный дом, в котором вы живете, но это не значит, что это дом в нашем понимании этого слова.
КРИШНАМУРТИ: Что делает его домом в нашем понимании?
С. (1): Если между людьми, которые живут в нем, существует любовь и сотрудничество.
С. (2): «Дом» – это такое место, где вы находитесь в безопасности.
КРИШНАМУРТИ: Значит, вот что вы называете домом – место, где безопасно, уютно и где вы не являетесь чужим?
С. : Да, все это вместе.
КРИШНАМУРТИ: Расскажите об этом еще.
С. (1): Дома вы не испытываете страх.
С. (2): В действительности я считаю, что у меня нет «дома»; я живу в коттедже в Калифорнии, а учусь здесь.
КРИШНАМУРТИ: То, что он сказал недавно, было, к сожалению, пропущено мимо ушей. Он сказал: «друзья и братья» и еще «где бы я ни был, я дома». Вы сказали и это – не отказывайтесь теперь от своих слов! Что же является домом для всех вас? Вы сказали: «Где бы я ни был, я чувствую себя как дома». Там, где я не чужой, где мне удобно, там, где со мной не обращаются как с посторонними, где я могу делать, что хочу, и меня не ругают, – это вы называете «домом»? На самом деле вас все же ругают, заставляют ложиться спать в определенное время. Так что же такое дом в нашем понимании?
С. : Чувство, возникающее внутри, что вы находитесь дома.
КРИШНАМУРТИ: Что это за чувство? Сентиментальность? Здесь необходимо соблюдать осторожность. Послушайте, будьте внимательны, я собираюсь подтолкнуть вас к этому. Я постараюсь выяснить, что такое для вас дом на самом деле, а не теоретически. Я путешествую по всему миру, кроме России и Китая, и останавливаюсь в самых разных комнатах, больших и маленьких. Мне приходится спать на полу и на серебряных кроватях, где я только ни спал, и я всегда чувствовал себя как дома, вы понимаете? Любое место, где бы я ни был, для меня является домом. Иногда из окна моей комнаты бывает видна обыкновенная стена, иногда это великолепный сад, а иной раз это дверь соседней трущобы, я говорю абсолютно правдиво, мои слова не просто игра воображения. Временами вокруг меня слышится ужасный шум, пол грязный, достаточно вспомнить, на каких тюфяках я иногда спал! Но везде я нахожусь дома, в том числе и здесь. Это значит, что я приношу с собой свой собственный дом, вы понимаете? Является ли Броквуд для вас домом? В том смысле, что это место, где вы можете разговаривать друг с другом, чувствовать себя счастливыми, играть, лазить по деревьям, когда вам хочется; место, где не слышно брани, где нет наказаний, нет давления, где вы ощущаете себя полностью защищенными, чувствуете, что кто-то заботится о вас, следит, чтобы вы были аккуратны, чтобы ваша одежда была чистой, чтобы вы расчесывали волосы? Это место, где вы ощущаете абсолютную безопасность и qbnands? Это дом, не правда ли?
С. : Именно ответственность за себя позволяет добиться этого, потому что никому не приходится подталкивать тебя и заставлять делать что– то.
КРИШНАМУРТИ: Нет, не перепрыгивайте на другое. Является ли для вас Броквуд домом именно в этом смысле?
С. : Да.
КРИШНАМУРТИ: Вы уверены, что чувствуете себя в безопасности, что вас защищают, следят за вами, заботятся, никогда не обвиняют и с любовью просят не делать определенных вещей?
С. : Чувствуем ли мы себя в безопасности, где бы мы ни были?
КРИШНАМУРТИ: Не надо теоретизировать. Я спрашиваю тебя, Тангки, чувствуешь ли ты себя как дома именно здесь: в том смысле, которым мы по более или менее общему согласию наделяем слово «дом»? Ты чувствуешь это?
С. : Да, более или менее.
КРИШНАМУРТИ: Когда я говорил «более или менее», я имел в виду, что могу добавить к этому еще кое-что про хорошие книги, отличную еду, про то, что все сделано со вкусом, про то, что вас здесь никто не ругает. Вы понимаете, что я имею в виду?
С. : Я думаю, что это настолько «идеальное» место, что никто не осмеливается сказать, что мы на самом деле ругаемся.
КРИШНАМУРТИ: Идеал – это сентиментальность.
С. : Да, но ведь мы ругаемся.
КРИШНАМУРТИ: Ведь ясно, что вы делаете это с любовью. Так является ли это место для вас домом? Не торопитесь с ответом.
С. : Здесь мы действительно чувствуем, что о нас заботятся.
КРИШНАМУРТИ: Так, пожалуйста, скажите мне, чувствуете ли вы себя как дома, вы можете сказать откровенно «да» или «нет», это ваше право. Если же вы не хотите говорить, в этом нет ничего страшного. Если здесь у вас все же возникает чувство дома, несете ли вы за что– нибудь ответственность?
С. : Если бы это было не так, я бы не чувствовал себя как дома.
КРИШНАМУРТИ: Поэтому я и спрашиваю. Представьте себе, что, перетаскивая предмет мебели из этой комнаты в соседнюю, я задену ею за что-нибудь и меня это не будет волновать. Если это дом для меня, меня это будет волновать. Вы следите? Вот что я имею в виду, когда говорю «ответственность», «чуткость». Когда вы чувствуете себя как дома, вы следите за вещами, следите за собой, вам не хочется доставлять неприятности маме, добавлять ей лишних хлопот. Это совместное, созидательное, проникнутое любовью движение. Разве вы не знаете обо всех этих вещах? Что происходит, когда вы начинаете чувствовать себя как дома?
С. : Возникает любовь.
КРИШНАМУРТИ: Любовь, не правда ли? И тогда вы можете сказать мне: «Ради бога, не ломайте эту мебель», и поскольку у меня есть чувство дома, я не обижусь. Интересно, понимаете ли вы, о чем я говорю? Jncd` вы действительно находитесь дома, семя начинает прорастать. Вам нет нужды выращивать его, оно начинает цвести. Происходит ли это со всеми нами? Если здесь вы не чувствуете себя как дома, выясните, чья это вина: ваша или кого-то еще; исправьте это положение, не сидите сложа руки, не говорите: «Так, у меня нет чувства дома», сделайте что-нибудь. Когда вы повзрослеете, вы покинете это место, и вам придется встретиться лицом к лицу с миром. И если, пока вы здесь, у нас внутри не будет этого семечка, мир погубит вас, люди растопчут вас, в мире живут волки, убийцы, не ошибитесь на счет них. Это чувство полной расслабленности, чувство дома – дома в том смысле, в котором я использую это слово, порождает ответственность, наполненную любовью. Вы понимаете это? Пожалуйста, поймите.
Если у вас есть это семя, и оно начинает прорастать здесь, оно будет цвести всю вашу жизнь. Но если оно мертво, мир уничтожит вас, он сделает вас таким, каким хочет вас видеть: хитрым животным.
Поэтому давайте выясним, чувствуете ли вы себя в Броквуде как дома, и если нет, то почему. Любовь – это независимость. Я не знаю, осознаете ли вы это. Кто-то из вас женится; и вы будете говорить своей жене: «Я люблю тебя, дорогая». Затем вы пойдете в офис или на какую-либо другую работу, где вас переполнит беспокойство, вы будете стараться амбициозно и жадно сделать себе карьеру. Вернувшись домой, вы скажете: «Дорогая, я люблю тебя». Вы видите нелепость этого? Именно это происходит в мире. Так возникает привязанность, ревность, страх, беспокойство: она не должна смотреть ни на кого другого, кроме меня.
Если бы родители действительно заботились о своих детях, на земле не было бы войн. Они бы сказали: «Живите, не убивайте друг друга». Тогда не было бы армий. Представьте, что тогда бы произошло. Поэтому то, что обычно называют домом, на самом деле домом не является. Следовательно, эта школа должна быть вашим домом; здесь вы проводите восемь или девять месяцев в году, и ваша ответственность, теперь мы знаем, что означает это слово, оно заключается в том, чтобы сделать Броквуд вашим домом, чтобы сказать мне или миссис Симонс или кому-то еще: «Это для меня не дом, потому что вы не делаете того-то и того– то». Вы следите? Тогда во всем этом будет частица и вашего труда. Вы просто слушаете или вы принимаете участие? Раскройте свои способности, творите, не допускайте, чтобы кто-нибудь другой выполнил всю работу, а вы бы потом сказали: «Да, мне здесь очень уютно, это мой дом». В этом случае это не ваш дом, потому что вы его не строили.
Видите, с раннего возраста я жил в домах других людей, у меня никогда не было места, о котором я бы мог сказать: «Это мой дом». Но существует чувство дома, где бы вы ни были, потому что вы несете ответственность, вы ко всему относитесь с любовью. Дом в нашем понимании не есть творение сентиментальности, это творение факта – факта, что я чувствую себя как дома. Это означает, что я свободен, полон ответственности и любви. Полная ответственность – это и есть чувство дома.
Глава 2.
Положение в мире, необходимость самообразования. Что включает в себя познание. Познание сотрудничества. Множество разнообразных видов деятельности. Искусство действия. Йога.
(18 сентября 1970)
КРИШНАМУРТИ: Вы знаете, что происходит в мире? – воздушное пиратство, обман, откровенная ложь, восстания, хаос, нищета в Индии. Когда вы читаете об этом, что это означает для вас? Или вы не читаете об этом? Вы отдаете себе отчет в том, что происходит?
С. : Все это очень печально.
КРИШНАМУРТИ: Что вы имеете в виду под этим словом?
С. : Одни люди подавляют других, причиняя очень многим боль.
КРИШНАМУРТИ: Но все это продолжается веками, не правда ли? Вся история состоит из этого. Что вы думаете по этому поводу?
С. : На самом деле это меня не волнует.
КРИШНАМУРТИ: Почему вы так говорите?
С. : По телевизору я вижу, как людей убивают. Я смотрю на это и не осознаю, что их действительно убивают.
КРИШНАМУРТИ: Какую роль вы играете во всем этом?
С. : Никакой.
КРИШНАМУРТИ: Тогда как же вы связаны с этим? Это нечто происходящее «где-то там», в Иордании, в Америке?
С. : Иногда это больно ударяет по дому, и я чувствую, что переживают эти люди.
КРИШНАМУРТИ: Вам кажется, что человек должен изменить все это, или вы не можете ничего сделать? Как вы связаны с миром? Может быть, через осознание удивительных достижений в области техники и ужасающей неспособности человека соответствовать требованиям этого технологического прогресса? Как вы связаны со смятением, которое человек распространяет по всему миру?
С. : До тех пор, пока мы сами находимся в смятении, мы способствуем этому смятению.
КРИШНАМУРТИ: Я это понимаю, но что вы чувствуете в связи с этим? Какова ваша внутренняя реакция на все это?
С. : Из-за всего того, что происходит, я чувствую разочарование и гнев. У меня появляются реакции на это; я вижу нечто неправильное, и во мне возникает враждебность.
КРИШНАМУРТИ: И что потом? Подумайте, когда вы покинете школу, поступите в университет или колледж, какую роль вы будете играть во всем этом? Вы просто приспособитесь к этому механизму? Что произойдет с вами по отношению к миру? Или сейчас вам это не интересно? Вы можете сказать: «Я слишком молод, чтобы думать обо всем этом. Я лучше буду веселиться и наслаждаться жизнью, пока у меня есть возможность; я об этом задумаюсь позже. Или вам кажется, что это подготовка, начало того, что произойдет, когда вы станете старше? Сейчас можно бунтовать и принимать наркотики или заниматься не этим, а чем-то другим, но когда вам исполнится двадцать пять, вы femhreq|. Вы приспособитесь ко всему этому? Если нет, что вы собираетесь делать? Если вы враждебны по отношению к этой системе, к тому, что происходит, причем враждебны не притворяясь, а на самом деле протестуя, способны ли вы притвориться, что в действительности не чувствуете ужаса всего этого? Что вы на это скажете?
Вы вообще-то задумываетесь о том, что собираетесь делать? Обзаведетесь семьей и остепенитесь? Если таков будет конечный результат, то что же такое образование? Оно необходимо, чтобы помочь вам устроиться и начать жить в этой системе? Я слышал, как многие индийские учащиеся на вопрос: «Что вы собираетесь делать?» отвечали: «Ах, сэр, мой отец хочет, чтобы я был инженером, мой отец желает, чтобы я стал врачом, нам нужны врачи. Став квалифицированным инженером, я хочу помочь Индии». Большинство из них размышляют с точки зрения профессиональной карьеры, они хотят помочь отсталой стране, заниматься социальной работой. Этим вы все собираетесь заниматься? Вы все спите?
Я думаю, что печаль именно в этом, а не в том, что представляет собой мир. Мир именно таков, в нем есть обман, лживые политики, люди, думающие только о деньгах, и так далее. Если вы не получили правильного образования, вы просто плавно перейдете в эту систему. Так что же такое, по-вашему, образование? Оно необходимо, чтобы помочь вам приспособиться к механизму существующего порядка или беспорядка вещей, или вы считаете, что оно должно быть чем-то еще? Если нужно что-то еще, то что вы хотите?
С. : Это просто процесс познания.
КРИШНАМУРТИ: Что такое, по-вашему, познание?
С. : Постижение вещей, которые находятся вокруг вас и внутри вас.
КРИШНАМУРТИ: Вы делаете это сейчас?
С. : Да.
КРИШНАМУРТИ: Вы действительно хотите познавать?
С. : Да, хочу.
КРИШНАМУРТИ: Будьте абсолютно серьезны. Давайте не будем говорить впустую. Вы знаете, что значит познавать?
С. : Узнавать все, что можно, о чем бы то ни было, обо всем.
КРИШНАМУРТИ: Значит, под словом «познавать» вы имеете в виду узнавать? Можно взять энциклопедию и обо всем узнать из нее.
С. : В энциклопедии содержится только теоретическая часть.
КРИШНАМУРТИ: Тогда что такое, по-вашему, познание?
С. : Это когда мы узнаем что-то и приобретаем способность обращаться с этим, справляться с этим и, может быть даже, использовать.
КРИШНАМУРТИ: На днях мы говорим о сотрудничестве, разуме и сексе (См. главу 5). Мы обсуждаем, что такое в принципе сотрудничество, что значит сотрудничать, работать и что-то делать вместе. Как вы будете познавать это – это что, просто теория? Здесь, в Броквуде, живет небольшое сообщество. Любой цивилизованный человек, то есть культурный, внимательный, разумный, должен сотрудничать, жизнь требует сотрудничества, но не с чем вам нравится, необходим дух сотрудничества. Вы сказали: «Я хочу познать, что такое сотрудничество». Как же вы собираетесь это познать? Ведь в любом p`gbhrnl обществе не обойтись без сотрудничества: в противном случае общество не сможет существовать. Как вы собираетесь познать это?
С. : Через обсуждение. Оно в какой-то степени является частью познания.
КРИШНАМУРТИ: Я спрашивал, что вы имеете в виду под выражением «познание сотрудничества»? Мы оба согласились, что жизнь не может продолжаться без сотрудничества. С чего мне следует начать?
С. : С процесса сотрудничества.
КРИШНАМУРТИ: Что значит, по-вашему, слово «сотрудничество»? Как, с чем и почему я должен сотрудничать? Как мне этому научиться?
С. : Делая это.
КРИШНАМУРТИ: «Делая это» означает в вашем понимании исследовать, познавать.
С. : Необходимо понять, почему вы хотите сотрудничать.
КРИШНАМУРТИ: Так собираетесь ли вы познавать? Процесс ли познания побуждает задать этот вопрос? Я также спрашиваю, есть ли у вас это чувство, этот дух сотрудничества? Вы действительно на глубоком уровне хотите сотрудничать? Разве не с этого придется начать, разве не с выявления того, действительно ли глубоко внутри вас существует желание сотрудничать? Что, если вы не знаете, что это означает, вы никогда не узнаете, что значит не сотрудничать. Представьте, что государство говорит вам: «Иди и убивай!»; пока вы не узнаете, что такое сотрудничество, как вы сможете понять, когда сотрудничать не следует?
Теперь скажите мне, пожалуйста, как вы собираетесь выяснить для себя, есть ли в вас дух сотрудничества, не просто со мной или с чем– то еще, ради выполнения чего-то, имеется в виду именно чувство. Разве не это является началом познания сотрудничества? Откуда вы начинаете познание – из книги? Если вы говорите: «Познание начинается с книги», значит, у вас есть много энциклопедий, вы обладаете обширными знаниями, собранными на книжных страницах или в голове учителя, но с этого ли следует начинать? Представьте, к примеру, что я верю в какую-то идею и, как следствие, хочу, чтобы вы и кто-нибудь еще сотрудничали со мной, помогая осуществить ее (обычно, именно это и называют сотрудничеством); ведь мы оба верим в эту идею, в принцип, в систему. Но точно так же у нас может быть и чувство сотрудничества не ради того, чтобы сделать с определенным человеком что-то конкретное, это именно чувство. Достаточно ли глубоко вы понимаете значение этого слова? Я имею в виду не только совместную работу, но и общее чувство, что какие-то вещи должны быть сделаны, сначала чувство и только потом действие.
Когда вы говорите, что хотите заниматься познанием в сообществе, в школе, подобной этой, это представляет собой проблему. Здесь есть люди старшего возраста и более молодое поколение, учитель и ученики, сюда приезжают другие люди; необходимо найти путь, который дает возможность жить счастливо, разумно, активно, обладая большим запасом энергии. Человек должен обладать этим чувством, иначе мы все будем тянуть воз в разные стороны. Поэтому я хочу познавать, и прежде всего я должен выяснить, хочу ли я на самом деле сотрудничать, обладаю ли я в действительности этим чувством. Есть ли оно у меня? Если нет, то постарайтесь понять почему. Именно это удивительное качество, это чувство сотрудничества, совместного созидания, совместной деятельности породило этот мир.
С. : Что вы имеете в виду, говоря: «Оно породило этот мир»?
КРИШНАМУРТИ: Я имею в виду железные дороги, почтовую службу, путешествие на Луну, люди занимались этим триста лет и они не могли не сотрудничать друг с другом; они делали это из патриотических или материальных соображений, ими могло двигать тщеславие и многое другое. Они сотрудничали ради осуществления какой-либо идеи из соображений престижа, соревнования с Россией и так далее. Может ли существовать истинное, глубокое, длительное сотрудничеств, если существует какое-либо внутренний мотив? Если я исхожу из какого-то корыстного соображения, из эгоистичного побуждения, может ли существовать сотрудничеств в том смысле, в котором мы хотим его понимать?
С. : Мы хотим что-нибудь из этого извлечь, нам не обязательно этого делать.
КРИШНАМУРТИ: Поэтому выясните, есть ли у вас чувство готовности что– то извлечь. Вы начинаете познавать нечто, что нельзя изучить по книге.
С. : Идея извлечения чего-то полезного не всегда подходит. Когда мы хотим построить дом, я понимаю, что, если мы будем работать вместе, нам будет легче. Мы организуем это с самого начала и сотрудничаем друг с другом, чтобы осуществить строительство. Следовательно, у меня есть лишь идея постройки дома; в результате мы, то есть вы и я, собираемся получить дом.
КРИШНАМУРТИ: Это так, но продолжай дальше. Ты можешь продвинуться еще немного глубже.
С. : Что же происходит, когда вы хотите, чтобы дом был белым, а я против этого.
КРИШНАМУРТИ: Именно. Вам хочется квадратную комнату, а ей прямоугольную. Вам кажется, что вы разбираетесь в этом лучше ее. Доминик только что сказал, что если мы захотим совместно построить дом, мы будем сотрудничать, потому что в результате он получит дом. Но если мы начнем спорить о том, какими должны быть комнаты в этом доме, мы поссоримся. Так что же это означает?
С. : Даже если с самого начала в вас будет присутствовать дух сотрудничества, и вы оба захотите вместе что-нибудь построить, разве у вас так или иначе не возникнет проблема?
КРИШНАМУРТИ: Итак, у вас по-прежнему будет проблема. Как вы возьметесь за ее решение? Вы и я, мы оба хотим сотрудничать, хотим построить дом, но вы хотите, чтобы комната была квадратной, а я бы предпочел прямоугольную. Но вместе с тем у нас обоих есть дух сотрудничества. Как мы тогда поступим?
С. : Мы постараемся выяснить, почему вы хотите прямоугольную комнату, а я квадратную.
КРИШНАМУРТИ: Что, в свою очередь, означает…?
С. : Что мы сотрудничаем.
КРИШНАМУРТИ: Это означает, что мы оба готовы уступить. Вы не настаиваете на своем, а я на своем. А следовательно?
С. : У вас нет навязчивой идеи, и вы находитесь в процессе познания.
КРИШНАМУРТИ: Это значит, что у вас уступчивый ум, вы не говорите: «Я должен это иметь, вы хотите измениться и поэтому вы не цепляетесь за свое конкретное желание, за свое определенное мнение.
С. : Предположим, у одного человека есть желание думать об этом, а у другого человека нет.
КРИШНАМУ

Перейти на страницу:

Джидду Кришнамурти читать все книги автора по порядку

Джидду Кришнамурти - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Nice-Books.Ru.


Начало Познания отзывы

Отзывы читателей о книге Начало Познания, автор: Джидду Кришнамурти. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.

Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*
Подтвердите что вы не робот:*
Все материалы на сайте размещаются его пользователями.
Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту pbn.book@gmail.com или заполнить форму обратной связи.