Nice-books.ru
» » » » Василий Катанян - Прикосновение к идолам (фрагмент)

Василий Катанян - Прикосновение к идолам (фрагмент)

Тут можно читать бесплатно Василий Катанян - Прикосновение к идолам (фрагмент). Жанр: Русская классическая проза издательство неизвестно, год 2004. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Nice-Books.Ru (NiceBooks) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Название:
Прикосновение к идолам (фрагмент)
Издательство:
неизвестно
ISBN:
нет данных
Год:
неизвестен
Дата добавления:
8 февраль 2019
Количество просмотров:
148
Читать онлайн
Василий Катанян - Прикосновение к идолам (фрагмент)
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Василий Катанян - Прикосновение к идолам (фрагмент) краткое содержание

Василий Катанян - Прикосновение к идолам (фрагмент) - описание и краткое содержание, автор Василий Катанян, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Nice-Books.Ru

Прикосновение к идолам (фрагмент) читать онлайн бесплатно

Прикосновение к идолам (фрагмент) - читать книгу онлайн бесплатно, автор Василий Катанян
Назад 1 2 3 4 5 ... 19 Вперед
Перейти на страницу:

Катанян Василий

Прикосновение к идолам (фрагмент)

Василий Катанян

Прикосновение к идолам (фрагмент)

Из книги Василия Васильевича Катаняна

Прикосновение к идолам

Содержание

При чем тут идолы?

ДЕТСТВО И ЮНЫЕ ГОДЫ КАТАНЯНА-ВНУКА

О ЛИЛЕ БРИК И НЕ ТОЛЬКО О НЕЙ

МАЙЯ ПЛИСЕЦКАЯ БЕЗ ГРИМА

СТРАСТИ ПО ПАРАДЖАНОВУ

УЧИТЕЛЯ, КОЛЛЕГИ, ДРУЗЬЯ

Сергей Эйзенштейн и жена его Пера

Григорий Козинцев этому Рязанова не учил

Леонид Кристи, или талант нравственности

Дзига Вертов, или долгие черные годы

Ованесова или просто Арша

Время с Романом Карменом

Лидия Степанова, широко известная в узком кругу

Поль Робсон, или игры с министерской четой

Аркадий Райкин кидает кости

Софья Вишневецкая, или вдовьи страсти

Джордж Баланчин и его крамольные балеты

Патриция Томпсон, или "давних писем откровенья"

Виктор Шкловский: "Я кудрявый!"

Эльза Триоле и "глаза Эльзы"

Серж Лифарь на бюллетене

Татьяна Яковлева -- "входит красавица в зал"

Фаина Раневская с оружием в руках

Тамара Ханум, или шемаханская царица

Нина Берберова, или возвращение из тьмы веков

Саша Галич с гитарой и Аней

Как расцветала алыча для Лаврентья Палыча

Наташа Дорошевич, или гены инакомыслия

Марлен Дитрих на сцене и дома

Натан Федоровский, или нищета и блеск эмигранта

Алла Демидова, или приглашение на танго

Бенгт Янгфельдт и эмпириокритицизм

ЧЕМ ЧЕРТ НЕ ШУТИТ? (ИЗ ДНЕВНИКА)

Указатель имен

Страсти по Параджанову

Маэстро

Вот он сидит на бархатном диване среди чуждой ему роскоши дорогого парижского отеля и чувствует себя вполне непринужденно. На нем невиданный балахон, все его любимые амулеты, цепи и перстни сверкают, он перебирает четки и говорит о том, как власти вычеркнули его из жизни на пятнадцать лет, тем самым "абортировав из биографии несколько фильмов". Его то сажали в тюрьму, то просто не давали работать. Нет такой статьи уголовного кодекса, которую не приписали бы ему, и ни одного смертного греха, в котором бы его не обвинили. Воровство, спекуляция, изнасилование, совращение юнцов и старух -- да, да, это тоже, а как же иначе? -- и, конечно, национализм, хотя по природе своей он -- ярко выраженный космополит. Не считает нужным дублировать на русский язык свою знаменитую картину "Тени забытых предков" -- националист! Считает нужным дублировать на азербайджанский язык своего же "Ашик-Кериба" -- опять националист! Он улыбается и, принимая усталую позу, говорит, что ему остается снять лишь немой фильм, который не потребует дубляжа. Диссидент ли он? Безусловно! Только не в политике, а в искусстве.

Работавший с ним оператор Антипенко однажды сказал: "За Параджановым хотелось ходить и записывать. И жаль, что это никому не пришло в голову".

Это не так -- мне пришло. Все годы нашего знакомства я вел более или менее регулярные дневниковые записи о встречах с ним, о его делах и разговорах, причудах и острых словечках. Я храню все его письма, рецензии, интервью и эссе о нем. Часто его фотографировал, записывал на "маг", один раз снял на видео. И сегодня, когда его нет, мне достаточно открыть папку с надписью "Сережа", чтобы воскресить многое, ставшее уже историей. Мы никогда не обращались к друг к другу по имени-отчеству, и, думаю, меня не обвинят в амикошонстве, если я буду называть его просто -- Сережа.

Ни одного часа своей жизни он не провел в простоте душевной. Идет, например, по улице, остановится возле витрины, все осмотрит, зайдет в магазин и все порекомендует переставить. Едет в троллейбусе и обязательно расскажет окружающим препотешную историю. Сядет в гостях за стол, все пересервирует и еду подправит специями и травами. А после спектакля обязательно пойдет за кулисы и забросает его участников предложениями. Однажды в Киеве ему так понравилось представление, что он поднялся на сцену, упал на колени и поцеловал пол!

Писать о нем можно бесконечно, ибо не было в его жизни двух одинаковых дней, и ему достаточно было дойти до булочной в конце переулка, чтобы вернуться, полным всяких историй: "Соседская бабка крутила гоголь-моголь и все уговаривала этого золотушного Резика, чтобы он съел. Я на него прикрикнул, он взял стакан и стал раскручивать гоголь-моголь в обратную сторону. Сначала появился желток, потом яйцо, за ним цыпленок и, наконец, курица! Бабка окочурилась".

Ради красного словца он не щадил и родного отца: "Папа торговал фальшивыми кроватями". (?!) На вопрос "Фигаро" -- почему он не поехал в Канны? -- ответил: "Не было штанов!" Прочитав о себе, что он сделал лучший украинский фильм и лучший армянский фильм, воскликнул: "Пошлите меня в Африку, и я сниму лучший африканский фильм, я вам напридумываю кучу старинных папуасских ритуалов, не хуже, чем гуцульских в "Тенях забытых предков!"

В юности он мечтал сниматься, сыграть Лермонтова, но его пригласили на роль... Карла Маркса! Приходит на кинопробу, загримировали его, вышло очень натурально. Сидит он перед камерой, беспрерывно мусолит бороду. "Что ты там делаешь?" -- кричит Григорий Рошаль. -- "Как что? Вычесываю блох".

На этом его карьера кинозвезды и кончилась.

Книги? В доме их не было ни одной. Однажды пришел сильно возбужденный и, захлебываясь, рассказал историю, которую загорелся снять. ("Только что шофер в такси рассказал".) И начал вешать нам лапшу на уши, пересказывая сюжет "Аэлиты"! "Да ты что, не знаешь, что этот роман сто раз уже экранизировали? И таксист тебе рассказал про телефильм, что вчера шел по телевизору!" Очень он был обескуражен, но тут же отвлекся. А когда снимал "Ашик-Кериба", в группе шутили, что Лермонтова он не читал, а помнил с детства сказку, что рассказывала мама. Конечно, это было не так, но импульс оттуда.

Он был интуит -- то, что другие постигали в библиотеках, он воспринимал интуитивно, чувственно. У него была необъяснимая способность по фрагменту представить вещь целиком или, по крайней мере, убедить собеседника, что он в курсе дела.

Когда Тарковский ставил в Ковент-Гардене "Бориса Годунова", он рассказывал друзьям, что "Сережа никогда не читал "Бориса Годунова", но, разговаривая с ним на эту тему, вы этого не ощутите. Наоборот, он даже предложит совершенно блестяще перепоставить какую-нибудь сцену. Сережа вообще считал, что вовсе не все надо читать и не все надо смотреть, он отлично обходился без этого. И самое поразительное -- это ничуть не мешало его творчеству. Вы заметили, что на экране у него почти ничего не происходит, а зритель медленно погружается в созерцание красоты?"

С книгами у него были особые отношения: однажды он решил испытать ассистентку, прежде чем взять ее на работу, и попросил достать редкую книгу "Вокруг Пушкина". Та несколько дней рыскала по городу и достала книгу буквально из-под земли. Гордясь, принесла ее Параджанову. Тот сразу открыл нужную страницу, ткнул пальцем в гравюру какой-то старухи с большой брошью и сказал приятелю за столом: "Вот такую брошь недавно продали в комиссионке на Плехановской. Помнишь, я тебе говорил?" И тут же потерял интерес к книге.

В Киеве у него их было всего две -- довоенное издание "Мойдодыра" и на английском языке "Кентавр", подарок Апдайка. И этой "библиотекой" он очень гордился. На допросе (о чем речь ниже) следователь его спросил, когда он в последний раз брал в руки книгу? "Последняя книга, которая произвела на меня сильное впечатление после ВГИКа, был "Мойдодыр". "Ну разве это серьезно?!" -- возмутился следователь. А между тем это был тот редкий случай, когда Сережа говорил серьезно. Придя ко мне на новую квартиру, он спросил, указывая на полки с книгами: "И это вы все с Инной прочли?"

Ах, как мне сегодня не хватает этих его вопросов!

Хуциевский Параджанов

Мы с ним учились в одни годы, но он был младше на курс, и по ВГИКу я его не помню, хотя слышал фамилию Параджанова, потому что вокруг него постоянно были шумные истории. Первая жена Сережи, красавица татарка, работала продавщицей в Мосторге. Ее звали Ничар Карымова. За то, что она вышла замуж за иноверца, родители бросили ее под поезд (за нее был уже получен калым от военного, татарина.) Вот такая была драма, об этом судачили студенты, и Сережа потом это подтвердил. Уже в восьмидесятых годах он ездил на кладбище, искал могилу и не нашел, вернулся грустный.

А познакомился я с ним в 1953 году -- вон как давно! -- когда приехал в командировку в Киев, где он работал, окончив институт. Мне что-то поручили ему передать, я созвонился с ним и вот сижу, жду его в холле гостиницы "Театральная". Не знаю почему, но когда я слышал в институте фамилию Параджанова, то думал, что это Марлен Хуциев, и когда здоровался на бегу с Марленом, то думал, что это Сережа. Вот такое смещение. Поэтому жду Параджанова, но с лицом Хуциева. Входит Сережа, кивает мне, я с недоумением отвечаю и отворачиваюсь. Он в смущении садится поодаль и, когда мы встречаемся глазами, то улыбается мне. Я же сижу букой и злюсь на Параджанова, что он опаздывает. Наконец он подходит:

Назад 1 2 3 4 5 ... 19 Вперед
Перейти на страницу:

Василий Катанян читать все книги автора по порядку

Василий Катанян - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Nice-Books.Ru.


Прикосновение к идолам (фрагмент) отзывы

Отзывы читателей о книге Прикосновение к идолам (фрагмент), автор: Василий Катанян. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Уважаемые читатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.

  • 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
  • 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
  • 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
  • 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.

Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор Nice-Books.


Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*
Подтвердите что вы не робот:*