Nice-books.ru
» » » » Андрей Арьев - Долгая дорога в городе N

Андрей Арьев - Долгая дорога в городе N

Тут можно читать бесплатно Андрей Арьев - Долгая дорога в городе N. Жанр: Публицистика издательство неизвестно, год 2004. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Nice-Books.Ru (NiceBooks) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Название:
Долгая дорога в городе N
Издательство:
неизвестно
ISBN:
нет данных
Год:
неизвестен
Дата добавления:
23 февраль 2019
Количество просмотров:
108
Читать онлайн
Андрей Арьев - Долгая дорога в городе N
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Андрей Арьев - Долгая дорога в городе N краткое содержание

Андрей Арьев - Долгая дорога в городе N - описание и краткое содержание, автор Андрей Арьев, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Nice-Books.Ru

Долгая дорога в городе N читать онлайн бесплатно

Долгая дорога в городе N - читать книгу онлайн бесплатно, автор Андрей Арьев
Назад 1 2 Вперед
Перейти на страницу:

Арьев Андрей

Долгая дорога в городе N

Андрей Арьев

ДОЛГАЯ ЗИМА В ГОРОДЕ N

(О романе Бориса Житкова "Виктор Вавич")

Эта книга была подписана к печати 14 марта 1941 года и могла появиться на прилавках перед самой войной. Но - не появилась. Не вдаваясь в подробности частных номенклатурных решений, попробуем представить, что в ней не соответствовало сгустившемуся духу времени?

Вроде бы как раз все соответствовало, начиная с многажды испытанной советской литературой темы: роман из эпохи русской революции 1905 года. Революционное брожение, забастовочное движение, студенческие волнения, политические кружения, "разгул реакции", зверства (настоящие, без всяких кавычек) охранки и полиции, еврейские погромы, - все вдвойне почетным, ибо умершим, автором популярных детских книг рассмотрено и смешано в достаточно корректной пропорции.

Правда вот, еврейские погромы описаны не со слишком ли ужасающей экспрессией? Ну сколько об этом можно вспоминать в стране победившего социализма, в которой уже что-что, а "национальный вопрос" решен? Не в Германии ведь живем и не о ней пишем...

Ладно, всяческие погромы - это, так сказать, "объективная реальность", навсегда канувшая в Лету вместе с прочими свинцовыми мерзостями царского режима. Но к чему вплетать в роман прерывистым прочерком ускользающую в никуда - и не имеющую отношения к "главной" интриге - захолустную историю любви несмышленой русской барышни к еврейскому музыканту? Любовь, доведшую несчастную до психического срыва. Притом же и музыкант этот нисколько не негодяй, наоборот, вполне разумный, ничем особенно не выдающийся, кроме умения играть на флейте, человек. И выходец, опять же, не из Гаммельна... Впрочем, это, действительно, побочная ветвь романа. Не побочный вопрос - другой. Из книги непонятно, с кем мы сегодня, мастера из охранного отделения культуры?

Главный герой, брат этой милой барышни, Виктор Вавич, "вольнопер", по скудости разыгравшегося воображения поступает в полицию и становится околоточным надзирателем города N (на шестистах страницах романа так и не сказано, что это за город, равный по размаху описываемой в нем жизни хоть Петербургу, хоть Москве, но в то же время являющийся образом какой-то глухой вселенской провинции - в чем виден очевидный и эффектный умысел сочинителя). Его отец, добрый русский землемер, не в восторге от выбора сына. Да и мы, читатели, надеемся: всё, что начинает твориться с героем, лишь временное наваждение: Виктор, пусть недалекий, пусть вспыльчивый, пусть взбалмошный, но в сущности славный парень. Тем более что он первый появляется на авансцене, а законы читательского восприятия просты: кто первый появился, тот и люб, тому и сопереживаешь, того и считаешь главным.

Однако по мере чтения "Виктора Вавича" начинаешь понимать: судьба главного героя романа вовсе не самая важная тайна повествования. Автор соблюдает принцип равноправия: Виктору Вавичу уделяется внимания не больше, чем некоторым другим персонажам, например, членам респектабельной семьи думского заседателя Андрея Степановича Тиктина или приблудному мещанину города Елисаветграда Семену Башкину. Роман похож на огромный куст, каждая ветвь которого подробно исследована сверху донизу. Лишь в самом конце взгляд упирается в единое корневое сплетение и обнаруживает спрятайный под ним динамитный заряд.

Главная проблема романа не безлична, она - огненна: отчужденность русского сознания от ценностей собственной жизни, отчужденность, ведущая к утопизму и в мышлении, и в мотивировках, побуждающих к действию. Утопизм - это "наше все". Такую черту можно подвести под романом. Да она и подведена - отъездом одной из героинь в Вятку, к сосланному суженому, с которым, наконец, образуется счастливая жизнь в счастливом будущем (на протяжении всего действия эта барышня своего героя, слишком близкого и "действительного", разумеется, отвергала).

"Виктор Вавич" - это роман о чужих интересах. Внешним образом - по служебному положению - их блюдет главный герой. Внутренне - это проблема каждого персонажа, узел всех противоречий, всей сюжетной коллизии.

Самое любопытное - и характерное - здесь то, что прямо о сути русских вещей говорится в романе под занавес персонажем второстепенным, ведущим героям "чужим": о том, что за "свои интересы" у нас борется в основном правительство, да люди заведомо на то обреченные, преступившие закон. Способ осознания "своих интересов" по ту сторону закона характерен в романе и для тягловой силы исторического процесса начала XX века - для пролетариата. В результате за "чужие интересы" бескорыстно бьется у нас один-единственный "доблестный орган" - интеллигенция.

Последнюю точку, основной, подразумеваемый кризисной исторической ситуацией вопрос ставит, согласно сюжетной логике романа, совсем уже "случайный", ни к какому действию не имеющий отношения бесфамильный Иван Кириллович: сам-то народ виновен или нет в том, что с ним творится? Что он сам творит? Недостойный Иван Кириллович все разглагольствует на эту тему, разглагольствует и... и никто из симпатичных присутствующих лиц вразумительным оппонентом ему выступить не в состоянии.

Здесь - мертвая точка романа, выражающая неизбывную трагедию русской литературы советского периода: обреченность уклоняться от табулированных большевистской мифологией историософских проблем. Единственное, на что можно было решиться - и на что требовалось настоящее мужество и настоящее мастерство, - это вложить все крамольные соображения в уста сомнительных персонажей из мимолетных сцен. В "Викторе Вавиче" интеллектуальные узлы повествования стягиваются к подобным черным дырам сюжета.

"Надо приучиться марксистски мыслить прежде всего", - говорит в романе увлеченная социалистическими идеями студентка. Это кредо исповедовали, или пытались исповедовать, далеко не последние художники 1930-х годов. В том числе и автор " Виктора Вавича". Но в этом же романе на назидание студентки ее младший легкомысленный брат отвечает более чем резонно: "Я понимаю еще логически выучиться мыслить, а как-нибудь там <...> марксологически - это уж ересь".

Конечно, зафиксировать в художественном произведении строго логическое развитие мысли - задача несколько схоластическая. Талант подчиняется мысли не марксистской и не логической, а художественной, всегда забредающей не туда куда следует и вообще раскрывающей себя исключительно в противоречиях, в далекой от логики игре переносных смыслов. Что замечательным образом и продемонстрировано в романе "Виктор Вавич" - в годы, когда "писать хорошо" уже не рекомендовалось, когда главным для художника стало "марксистски мыслить".

Роман Житкова принципиально написан хорошо, с первой строчки: "Солнечный день валил через город". Очевидным образным сдвигом, "остранением", как тогда называли способ преодоления рутинного автоматизма восприятия действительности, художественная задача писателя здесь не исчерпывается. С первой фразы смысл подчиняется тонкой игре изобразительных лейтмотивов, не менее важных, чем непосредственный рассказ о судьбах героев и описание исторических событий. Не обратив на эту систему лейтмотивов внимания, мы рискуем отвлечься от самого духа романа, не сообразим, почему через десяток страниц повествователь вздохнет: "казалось - сейчас этот свет ветром выдует из улицы". И выдует. Но не сразу, а через пятьсот страниц, в конце второй книги: "И отлетел свет".

Таким отчасти замысловатым образом получается, что роман "Виктор Вавич" написан не столько о незадачливом молодце, не столько о событиях, обозначенных 1904 и 1905 годом, сколько о "Содоме и Помпее", - воспользуемся неграмотным, но весьма точным и экспрессивным сравнением из арсенала речи главного героя.

Довлеющим себе, вписанным во все пространство романа у Житкова становится образ необъятного, заполнившего всю страну зимнего города, из которого "отлетел свет". В то время как все его жители только и заняты, что борьбой за неведомо чье "светлое будущее".

Роман этот укоренен в русской традиции и описывает последние дни излюбленного отечественными писателями "города N". Гоголевскому "городу N" из "Мертвых душ" русская проза обязана, может быть, еще больше, чем гоголевской "Шинели". Из него вышел (и в него вернулся), например, писатель Л. Добычин, издавший в недобрый год - год, когда завершена была работа над "Виктором Вавичем",- свой роман под названием "Город Эн" - шедевр, которым его же самого немного времени спустя, в 1936 году, измордовали и довели до самоубийства.

С "Виктором Вавичем" дело обстояло и хуже и лучше: печатавшийся главами в периодике, роман как цельное явление при жизни автора официальному публичному рассмотрению не подвергся, надо полагать, к счастью. Иначе Бориса Житкова ожидала бы судьба Евгения Замятина, проклятого советской критикой 1920-х годов за роман "Мы", наиболее теперь известную русскую антиутопию. Автор "Виктора Вавича", понятно, никакой антиутопии не писал. Человеку, начавшему печататься в 1923 году, как раз тогда, когда Замятин передал свое, на родине не опубликованное, произведение за границу, это было, что называется, не с руки.

Назад 1 2 Вперед
Перейти на страницу:

Андрей Арьев читать все книги автора по порядку

Андрей Арьев - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Nice-Books.Ru.


Долгая дорога в городе N отзывы

Отзывы читателей о книге Долгая дорога в городе N, автор: Андрей Арьев. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Уважаемые читатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.

  • 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
  • 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
  • 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
  • 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.

Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор Nice-Books.


Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*
Подтвердите что вы не робот:*